Моему доверителю уже грозил реальный срок…
В прошлом ноябре мужчина, ранее мобилизованный на СВО, получил ранение. Врачи извлекли из его головы осколок, а через несколько месяцев у пострадавшего начались приступы. Он написал заявление о направлении его на военно-врачебную комиссию, но так его и не получил. В итоге он все же смог попасть к врачам, где ему поставили диагноз (по этическим соображениям не могу рассказать о нем подробнее).
Мужчина находился под наблюдением врача, живя все это время на съемной квартире. Но в части, где он проходил службу, оказались не в курсе ситуации и обвинили военнослужащего в самовольном оставлении. Ему грозил реальный срок.
Чтобы решить этот вопрос, я направился в Чечню в часть, где мой доверитель проходил службу. Мне удалось собрать все необходимые документы и доказать, что мужчина не оставлял часть и был вынужден находиться на лечении. Все обвинения с него сняли.
А недавно его наградили медалью Жукова за смелость и отвагу в зоне специальной военной операции.
В прошлом ноябре мужчина, ранее мобилизованный на СВО, получил ранение. Врачи извлекли из его головы осколок, а через несколько месяцев у пострадавшего начались приступы. Он написал заявление о направлении его на военно-врачебную комиссию, но так его и не получил. В итоге он все же смог попасть к врачам, где ему поставили диагноз (по этическим соображениям не могу рассказать о нем подробнее).
Мужчина находился под наблюдением врача, живя все это время на съемной квартире. Но в части, где он проходил службу, оказались не в курсе ситуации и обвинили военнослужащего в самовольном оставлении. Ему грозил реальный срок.
Чтобы решить этот вопрос, я направился в Чечню в часть, где мой доверитель проходил службу. Мне удалось собрать все необходимые документы и доказать, что мужчина не оставлял часть и был вынужден находиться на лечении. Все обвинения с него сняли.
А недавно его наградили медалью Жукова за смелость и отвагу в зоне специальной военной операции.